Изображение создано с помощью нейросети
Перевод сложной научно-технической документации российских компаний, выходящих на новые рынки, как и перевод документов на зарубежные изделия, – задачи нетривиальные. Часто приходится иметь дело с «дефектными текстами», содержащими смысловые ошибки, и привычные переводческие стратегии здесь не помогут. Российской экономике требуется лингвистическая поддержка импортозамещения. Что она собой представляет и как ей обучиться, рассказывает профессиональный переводчик, преподаватель программ НИУ ВШЭ – Нижний Новгород Дмитрий Троицкий.
Дмитрий Троицкий
Кандидат технических наук, доцент ГУАП и ЮУрГУ, преподаватель СахГУ, переводчик Курчатовского института РАН, директор агентства переводов TTS.
Появление генеративных нейросетей и ряд геополитических событий привели к резкому падению спроса на переводческие услуги в паре с русским языком. По данным опроса Ассоциации переводческих компаний (Н. Куликов, Ш. Юсупов. Исследование российского переводческого рынка. Август 2026), ежегодное падение выручки достигает 17%, падение численности переводчиков – 10%, и роста за счет китайского и других «нетрадиционных» языков не наблюдается.
Если такая тенденция продолжится, то лет через пять переводчики по всему миру разделят судьбу динозавров. Не так давно Международная переводческая ассоциация FIT выступила с лозунгом: Translation: An Art Worth Protecting («Искусство, достойное защиты»), а на конференциях появляются доклады с названиями Translation Is Dead («Перевод мертв»).
При этом направление подготовки «Лингвистика» по-прежнему востребовано среди абитуриентов, и каждый июнь на усыхающий рынок выходят около трех тысяч новоиспеченных переводчиков. Куда же им податься? В лингвистическую поддержку импортозамещения (ЛПИ).
Импортозамещение требует совместных усилий многих специалистов: конструкторов, инженеров и, конечно, лингвистов. Так что для успешной реализации политики импортозамещения, в числе прочих задач, важно решить еще две:
1. Изучение зарубежной документации, которую необходимо инженерно-грамотным образом переводить с иностранных языков (в львиной доле случаев – с английского, даже если исходный текст написан в Германии или КНР).
2. Подготовка высококачественной документации на иностранных языках на продукцию, с которой российские компании выходят на новые рынки (здесь уже не только английский, но и турецкий, испанский… но опять же не китайский).
Но делать переводы таких сложных научно-технических документов почти некому. Почему? Потому что много десятилетий переводчиков готовят быть «прозрачным стеклом» – что написал автор, то и переводим.
А в задачах ЛПИ первое правило – «Нельзя переводить то, что написано». Очень часто в исходнике написано то, чего не может быть, и такой исходник является дефектным текстом, содержащим не грамматические или терминологические, а смысловые ошибки.
И спросить у автора возможности нет: где переводчик найдет десять китайцев, которые, не согласовывая свои действия, написали на якобы английском мануал на станок, закупленный через третьи страны в обход санкций?
Как сказал известный нефтегазовый переводчик Валерий Афанасьев, «нам платят не за перевод. А за то, чтобы с переведенным текстом не возникало проблем». «Просто перевод» отлично сделает и нейросеть, которая по своей природе, не имея ни картины физического мира, ни тем более картины устройства конкретного оборудования, может исключительно переводить то, что написано.
Переводчик в XXI веке – это соавтор текста, знающий тематику не хуже автора и выдающий текст, пригодный для использования по назначению, даже если исходник написан так, что по нему выполнить поставленную задачу нельзя.
Дефектные тексты многочисленны и разнообразны, закономерностей в них нет (старое правило айтишников: «Невозможно автоматизировать глупость»), поэтому обучить нейросеть выявлению смысловых ошибок невозможно. Посмотрите на ряд примеров из реальных текстов и задайте себе вопрос: что здесь не так, и как это надо переводить?
Вот эти примеры.
И как же переводить такие перлы?
Именно эти вопросы рассматриваются в новом курсе НИУ ВШЭ – Нижний Новгород по лингвистической поддержке импортозамещения. Обучение строится именно «от смысла»: вот шестеренки, они нужны для того-то, применяются там-то, вот такие они бывают, а вот такие – нет, что бы ни писали в исходнике. И только потом переходим к тому, как все это называется по-русски и по-английски, и закрепляем на практике, где каждый учащийся получает персональные задания на перевод с последующим разбором.
Поскольку техника неисчерпаема, курс делится на два модуля. В базовом модуле – основы: подготовка производства, чтение чертежей, валы, подшипники, зубчатые передачи, а также производственные технологии: станки и технологические оборудованиее. Каждая тема состоит из лекции и переводческой практики. Во втором модуле рассматриваются уже целые системы и отрасли – гидравлика, системы управления, горнодобыча, металлургия, энергетика – вплоть до авиации и космоса.
Главные результаты курса – глубокая специализация в техническом переводе, четкая научно-техническая картина окружающего мира (вот это может быть, а это не может) и понимание принципов работы почти всей существующей техники.
Ждем нынешних и будущих переводчиков с гуманитарным образованием, которые хотят заниматься задачами лингвистической поддержки импортозамещения, и инженеров, которые хотят самостоятельно читать и писать документацию на английском языке. Детали программы – здесь. Старт – 10 ноября.
Редактировала Ольга Соболевская
В подписке — дайджест статей и видеолекций, анонсы мероприятий, данные исследований. Обещаем, что будем бережно относиться к вашему времени и присылать материалы раз в месяц.
Спасибо за подписку!
Что-то пошло не так!
