Изображение создано при помощи модели Шедеврум
На медиарынках Ближнего Востока сегодня формируются абсолютно разные модели сосуществования власти, бизнеса и информации. В регионе сталкиваются стратегии «мягкой силы» и жесткой цензуры, глобальные цифровые тренды и традиционные механизмы политического контроля. Как страны Персидского залива создают новую идентичность с помощью контента, во что превращаются медиасистемы в условиях войны и как страны контролируют цифровой сегмент, обсудили эксперты Института медиа НИУ ВШЭ на научный семинар исследовательского проекта «Медиарынки стран Ближнего Востока: специфика профессиональной журналистской культуры и аутентичность местных СМИ».
Исследовательский проект «Медиа в деглобализирующемся мире: экономика, контент, профессиональная культура» реализуется на базе Института медиа с сентября 2025 по май 2027 год комплексно изучает процесс трансформации медиаиндустрии в условиях отхода от глобализации.
Проект фокусируется на анализе формирования национальных медиарынков, трансформации контент-стратегий, изменении роли журналиста и новых форматах взаимодействия с аудиторией. Ключевой целью является разработка рекомендаций по адаптации экономических моделей и образовательных программ для укрепления профессионализма в журналистике и обеспечения безопасности информационного пространства в новой реальности.
Руководитель проекта — доцент Института медиа факультета креативных индустрий НИУ ВШЭ, творческий руководитель образовательной программы «Современная журналистика» Михаил Земцов.
Медиа и контент-индустрии в странах Ближнего Востока сейчас рассматриваются не как второстепенный сектор, а как инструмент формирования новой, постнефтяной идентичности страны, где создаются технологии и продукты, не связанные с добычей сырья, отмечает магистрант Института медиа Артур Новиков.
По его словам, трансформация медиарынков региона в постпандемийный период во многом связана с трендом ухода ведущих экономик Персидского залива от ресурсной зависимости. По данным Министерства финансов Саудовской Аравии, в 2024 году ненефтяные сектора экономики принесли стране свыше 365 млрд долларов, тогда как доходы от нефти составили порядка 118 млрд. Эта динамика, подчеркнул докладчик, задаёт рамку для понимания происходящих изменений в медиасфере.
Ключевым ориентиром остается стратегия «Vision 2030», принятая правительством Саудовской Аравии. Её цель — диверсификация экономики, ускоренная цифровая трансформация и инвестиции в человеческий капитал.
Говоря о роли государства, Артур Новиков отметил, что медиарынки стран залива жестко регулируются: в ОАЭ действует Национальное управление по делам СМИ и закон от 1980 года, запрещающий критику руководства. В Саудовской Аравии контроль над иностранными медиакомпаниями осуществляется через программы Министерства связи и информационных технологий, а в Катаре регулирование базируется на Законе о публикациях 1979 года и законе 2020 года о ложных новостях с крупными штрафами.
Интересен случай Катара из-за решающей роли правящей семьи Аль Тани. В отличие от Саудовской Аравии и ОАЭ, где медиарынки диверсифицированы, катарская медиасистема фактически централизована вокруг одного глобального бренда — международной телекомпании Al Jazeera, находящейся под контролем правящей семьи. «Это означает отсутствие конкурентного рынка в классическом смысле и превращает медиа в инструмент династического управления и внешней политики», — отметил Артур Новиков.
Заместитель директора Института медиа НИУ ВШЭ, профессор, кандидат филологических наук, журналист-международник Олег Дмитриев сконцентрировал внимание на изменении самой логики производства новостей на примере канала Al Jazeera.
Al Jazeera, подчеркнул докладчик, изначально позиционировала себя как альтернатива доминирующему англосаксонскому медиапотоку. Её миссия формулируется как «рассказ о мусульманском мире для немусульманской аудитории», отметил он. Эта стратегия подкреплялась активной географической экспансией. Al Jazeera последовательно выходила на рынки Балкан и США, перекупая ведущих журналистов у CNN, BBC и Sky News. Такой подход позволил каналу укрепить англоязычную редакцию и встроиться в глобальную конкуренцию нарративов.
Однако рост сопровождался серьезными вызовами. Олег Дмитриев напомнил, что после Арабской весны 2011 года канал оказался объектом масштабных негативных PR-кампаний: его обвиняли в подстрекательстве протестов, что привело к запретам на вещание в Египте и Сирии.
Особое значение для канала имел Чемпионат мира по футболу 2022 года. По данным самой Al Jazeera, турнир был использован как инструмент «мягкой силы» Катара. Аудитория англоязычной версии канала в этот период выросла примерно в три раза, чему в том числе способствовал высокий интерес аудитории из США в период выступления американской сборной.
Ключ к устойчивости Al Jazeera, подчеркивает Олег Дмитриев, заключается в производстве оригинального англоязычного контента: в отличие от многих региональных СМИ, канал не ограничивается переводами с арабского, а производит контент сразу на английском языке.
Студентка Института медиа Анна Степанова подготовила доклад о состоянии и перспективах сирийской медиасистемы после формирования переходных правительств.
До начала конфликта медиасистема в этой стране фактически не существовала как рынок, отмечает она. С момента прихода к власти партии арабского социалистического возрождения (БААС) СМИ выполняли функцию государственного рупора: частные медиа были либо запрещены, либо полностью зависимы от власти, а журналистика сводилась к воспроизводству официальной линии.
Перелом произошел после Арабской весны в 2011 году. Медиасистема раскололась вместе со страной: каждая этническая и религиозная группа стремилась создать собственные каналы коммуникации. Начался быстрый рост новых медиа, включая развитие каналов и групп в соцсетях, значительная часть которых финансировалась извне — за счет средств Турции, Ирана и западных грантовых программ.
После прихода к власти переходных правительств в конце 2024 — начале 2025 года ситуация, по оценке Степановой, приобрела черты управляемого хаоса. Был издан официальный документ о контроле над медиа активами, однако на практике информационное пространство все чаще уходит в мессенджеры и социальные сети, в частности, WhatsApp* и Facebook* (принадлежат компании Meta, которая признана экстремистской организацией и запрещена в РФ). Медиа могут существовать в формате чатов и каналов, где правила задают локальные группы влияния.
Магистрант Института медиа Максим Кириллов сконцентрировал внимание на турецком медиарынке, который может служить примером попытки совместить технологические инновации с жёстким государственным контролем и апелляцией к традиционным ценностям.
Турция сегодня занимает второе место в регионе по доходам от продаж медиапродукции, уступая лишь Саудовской Аравии. При этом рынок в целом следует глобальным трендам — цифровизации, росту стриминга и сокращению потребления традиционной прессы.
Максим Кириллов отметил также интересную особенность развития цифрового сегмента: турецкая аудитория готова потреблять контент с рекламой при условии более низкой цены. Именно поэтому международные сервисы Netflix и HBO Max предлагают в Турции подписки примерно на 23% дешевле среднемировых тарифов.
Отдельный блок его доклада был посвящен культурному экспорту. По словам исследователя, одним из ключевых инструментов «мягкой силы» страны стали турецкие сериалы. По данным Министерства культуры и туризма Турции, на экспорт поставляется более 200 проектов, а мировой спрос на турецкие сериалы вырос на 184% — для сравнения, корейский контент за тот же период показал рост около 73%.
При этом рост сопровождается усилением цензуры. Только в 2020 году в стране было заблокировано около 950 тыс. доменов, включая сайты СМИ, социальные сети и аккаунты отдельных пользователей. Спикер отметил: «Власти рассматривают интернет как потенциальную угрозу политической стабильности».
По итогам семинара, отметил Олег Дмитриев, весной 2026 года планируется написание единого доклада «Медиа в деглобализирующемся мире: экономика, контент, профессиональная культура».
Автор: Алла Мартыненко, исследователь Проектно-учебной лаборатории экономической журналистики НИУ ВШЭ
В подписке — дайджест статей и видеолекций, анонсы мероприятий, данные исследований. Обещаем, что будем бережно относиться к вашему времени и присылать материалы раз в месяц.
Спасибо за подписку!
Что-то пошло не так!
